"Небо нам Аню послало". Как украинка помогала Назарбаеву строить в Казахстане болашак

Анна Дегтерева
24.02.2020, 10:06

Почему украинские стартапы после недели в США просились домой? Какую ошибку совершают неопытные инвесторы? И чем Анну Дегтереву покорил Казахстан?


Основательница одного из первых в Украине стартап-инкубаторов Happy Farm Анна Дегтерева переехала в Киев из Днепра в 2005 году.

Побывав в Кремниевой Долине, она решила выращивать новые технологические бизнесы в нашей стране. С 2012 года началась первая акселерация. Всего в портфеле HappyFarm 42 стартапа. Но не успели они вырасти и повзрослеть, как в Украине началась война. Инвесторы и бизнес-ангелы перестали к нам заезжать.

Чтобы сохранить свой бизнес, Анна перебралась в Казахстан, где местные потом говорили: “Небо нам Аню послало”. Но, достигнув в этой стране практически всего, Дегтерева приняла решение уехать. Зима по 10 месяцев в году и отсутствие жизни на пустынных, но суперчистых улицах Астаны внесли свою лепту. 

Захотелось домой, в Киев, к деревьям и жизни. Но столица показалась в 2017 году Ане уже совсем не такой, какой она ее запомнила при первом знакомстве. По ее ощущениям, вырос уровень нездоровой злости и нетерпимости друг к другу.   

Еще одно волевое решение — и Аня переезжает в США.   

Журналисты Liga.Tech пообщались с Анной Дегтеревой по видеосвязи. Она рассказала, какая судьба ждала ее подопечные стартапы, как Аня решила заняться конференц-бизнесом в Нью-Йорке, и почему большинство наших бизнесменов не готовы работать в Штатах, даже если приезжают туда с твердыми намерениями покорить мир.

Первый раз в Долине

Влад Воскресенский - человек, который в целом открыл для меня Долину. В 2011 году я собралась строить акселератор в США, когда у меня в запасе было 5-10 английских слов. Решила купить билет в Стэнфорд на конференцию, а там кого-то найти. 

Меня познакомили с Владом. Мы встретились в McDonalds на Крещатике, я рассказала ситуацию. Когда он выяснил, что я ни разу не было в США, он дал мне ключи. «Это моя квартира, там сейчас никого нет, можешь там пожить», - сказал он. Нарисовал мне план квартиры, где взять постельное белье, как открывается калитка, где найти дверь. Дал ключи от машины, только попросил масло залить. Дал сим-карту, попросил на звонки не отвечать, но самой звонить свободно. Объяснил, на чем доехать до дома. Он видел меня впервые в жизни!

Вот так работает Долина. Люди всем помогают. 

Помню, как прилетела, приехала к дому. И мне нужно засунуть руку в калитку, открыть ее с той стороны и попасть внутрь. Просовываю руку, а сама представляю, как на ней застегивается наручник, а мне говорят «вы арестованы, потому что вы проникаете на частную территорию». Мы с мужем зашли, поднялись на третий этаж. Я вставляю ключ в замок. Если бы кто-то в этот момент спросил нас, кто мы и откуда, я бы даже не смогла ничего ответить. Но все открылось.

Влад — как крестный папа нашего проекта. Вот так работает Долина. Люди всем помогают. 

Самая большая проблема с украинскими стартапами 

Первый цикл работы со стартапами мы запустили в 2012 году. А первый exit случился только в 2018-м. Как неопытный человек, я ожидала экзит быстрее — через 2-3 года. 

В нашем портфеле было 42 компании. Из них одна сделала экзит, живых осталось пять. Смертность - «10-к-1». 

Я думала, что у нас будут трудности с поднятием денег или интеграцией в международный рынок. Но самой большой трудностью оказалось другое. 

У нас люди и жили, и пилили свой продукт, с ними работали менторы. Затем мы везли их в США на месяц. Открывали им там компании, юрлица, регистрировали интеллектуальную собственность. 

Самое удивительное. Все очень хотели в Америку. Мы сделали безумный календарь, договорились с интересными фондами. Но все пошло не так, как планировалось. Я не могла вытащить стартаперов из гостиницы, потому что они вдруг не хотели никуда идти! У них зашкаливал уровень стресса. Много людей, событий. 

Когда говоришь нашим «снова в бой», они готовы отдать все и бежать домой. 

Здесь, в США, люди ведут себя по-другому. Ты заходишь на мероприятие в зал, и к тебе сразу подходят люди, питчат, рассказывают, чем занимаются — и ждут того же в ответ. Наши, во-первых, стесняются языка. А тут всем плевать, как ты говоришь — покажи, что у тебя есть. 

Когда говоришь нашим «снова в бой», они готовы отдать все и бежать домой. 

Это оказалось самым страшным. Я поняла, почему инвесторы, несмотря на гору автоматизации, все еще хотят смотреть на людей. Ведь если инвестор увидит и поверит, что ты готов прошибать стены, он вложится. Если увидит слабость, то не будет. Потому что высокая конкуренция и стресс, нужно считать деньги, мотивировать команду, которая разбегается в разные стороны. 

Комплекс неполноценности

Вот еще один пример разности менталитета.

Человек пишет кому-то из тех, кто для него очень важен. Через два месяца этот важный говорит: «Хорошо, давай встретимся». А за два часа до встречи пишет: «У меня более приоритетная встреча, извини». Наш человек на это думает «ах ты козел». Воспринимает это на свой счет и даже не понимает, что это вопрос бизнеса. Я ему на это говорю: «Ты писал в Andreessen Horowitz? Тебе ответят, что есть такое-то окно в полчаса на встречу. Если у тебя на это время назначена какая-то другая встреча, ты ее точно так же отменишь. И тебе тот человек скажет — it’s okay». Совсем по-другому.

Ожидание, что где-то там на Западе люди умнее нас, все еще сохранилось. 

Потом начинается новый уровень стресса, когда они поднимают деньги. Надо же всем управлять, нанимать людей. Нужно прописывать структуру, джоб офферы. Нужно играть по правилам этого рынка — а мы этого делать не умеем. 

В Украине развивается аутсорсинг для западных рынков. И это многому нас уже научило. Но еще многому и нужно научиться. Например, в Зуме идет митинг, где участвуют наши и американцы. Наши сидят с выключенными микрофонами — слушают, но не предлагают свои идеи, все еще стесняются. Мы же собрались поштормить и пообщаться! Но ожидание, что где-то там на Западе люди умнее нас, все еще сохранилось. 

Смертность 10-к-1

Экзит сделала наша компания Newzmate, они переименовались в Traqli, их поглотила большая компания Piano Software. 

Три компании еще поднимают раунды и борются за жизнь. Это Allset, Datawiz и Hashtago. 

Мы сможем сказать, потеряли ли деньги, года через три, когда завершим 10-летний круг. Часть вернулась через инвестиции. Размер назвать не можем из-за NDA. Когда наши подняли закрыли раунд с Andreessen & Horowitz, моментально пришла бумага, что с этой секунды никто не может даже пикнуть со своими акциями. Зафиксировали — и все. Так что с одной стороны большие игроки — это круто. А с другой они тебя сразу сильно ограничивают. 

Allset — все еще борец за жизнь?

Когда они выйдут на IPO или поглотятся какой-то компанией, тогда они закончат свою борьбу. Ведь много историй есть о том, как за шаг до победы вместо тебя делает экзит кто-то другой. Так это было с Instagram или WhatsApp. У того же WhatsApp был крутой конкурент с миллионами пользователей. WhatsApp вышел, а те провалились. Иногда это рулетка.

Но Allset хорошо стоит на ногах. Большое количество ресторанов-клиентов, есть рост, готовятся к следующему раунду. Что интересно, у них офис в Киеве — не только разработка, но и обслуживание клиентов. 

Переезд из Киева в Казахстан

После Революции Достоинства был подъем. Но когда началась война, стало все плохо, потому что к нам перестали ездить менторы, эксперты, борд-директора, стартапы из разных стран. Наша бизнес-модель тут же рассыпалась. Ведь мы не можем сразу везти стартапы в США. Во-первых, это визы. Во-вторых, очень дорого три месяца проводить там акселерацию, когда они там живут и работают — у нас просто нет этого бюджета. В Европу тоже было дорого, а с визами еще хуже. 

Я поняла, что если мы объявим о прекращении деятельности, все наши знания и опыт летят в тартарары. Начала думать, куда нам ехать и продать наши технологии. В Россию мы ехать не могли по понятным причинам. Моя знакомая предложила обратить внимание на Казахстан.

Что я знала про Казахстан? Что у них есть юрты и халаты. Но в течение нескольких дней я полетела в Астану. И была потрясена, что это такой крутой город. Красивый, построенный с нуля, но людей почти нет. Деревьев и птиц нет — 11 месяцев в городе зима. В марте снег, в мае снег. В августе началось лето с сумасшедшей 45-градусной жарой, которая длилась ровно две недели. В октябре опять пошел снег. Ночью минус 20, днем плюс 10. 

Город появился на пустом месте. Все, что там хоть чуть-чуть прорастает, там буквально холят и лелеют. 

Меня пригласили на встречу Национального агентства технологического развития Казахстана. Моя первая реакция: будут какие-то пузатые чиновники и взяточники. Пошла из вежливости. Прихожу. Сидят какие-то парни, им лет по 30-35, знают 2-3 языка, подтянутые, спортивные. Рассказали мне, что у них есть программа «Болашак» (с казахского - «будущее»). Если ты хорошо учишься и знаешь казахский, выбираешь любой вуз мира, оставляешь в залог свою квартиру, едешь учиться. Государство тебе дает стипендию, родители несколько раз тебя навещают за госсчет. После чего ты должен вернуться и пять лет отработать на правительство. И таких парней и девушек тысяч пятнадцать. 

У меня ощущение, что Назарбаев их повытряхивал из халатов, привез кучу экспатов, заставляет народ учиться. 

Мы как Happy Farm сделали там офис, создали компанию, подписали с этим агентством договор. Построили им акселератор по нашему подобию. Строили, как говорится, всем миром. У нас все тебя хотят разорвать на части и говорят, какой-то плохой и почему у тебя не получится. Там же говорят: «Небо нам послало Аню». И эта фраза звучала везде. Мы закончили тем, что помогали им организовывать Экспо. 

Казахстанский секрет

Дело дошло до того, что меня знали уже буквально везде, включая администрацию президента. А однажды прозвучала фраза «может, нам дать Ане казахстанский паспорт?». Для меня это был сигнал, что либо нужно оставаться, либо двигать дальше. Выбор пал на «двигать», ведь мне хотелось создавать что-то новое. 

Казахстан стал для меня второй родиной. У нас люди презирают тех, кто тебя учит. К тому, кто приезжает и несет знания, наши люди, как правило, относятся неуважительно. «Ученого учить — только портить». А в Казахстане говорят: «Учите нас». Эти люди умеют уважать и учиться. 

Казахи делают то, о чем мы давно говорим.

Я думаю, у них это все работает, потому что они приглашают очень много иностранцев. Те приезжают и строят им процессы. Казахстан развивал малый и средний бизнес, полностью настраивался на fintech. Когда я там была, они реально меняли судебную систему по британскому образцу. Отказались от кириллицы. Казахи делают то, о чем мы давно говорим. 

Контракты у нас были большие, и мы очень хорошо заработали. Со взятками я не сталкивалась вообще. В отличие от России, например. Там до войны я была председателем жюри в крупном фонде на отборе стартапов. И мне как председателю жюри один из стартапов предлагал откат 50% от раунда, если он его поднимет. Там эти деньги государственные, а они, конечно, все портят. Да и в целом там мегауважения к людям нет. 

Не задерживаясь в Украине

Мы не привыкли к 11 месяцам зимы. Сложно, холодно, постоянно ветер. Периодически приходят СМС «те, кто легче 40 кг, на улицу не выходите». Я таких ветров никогда не видела. Люди, бывает, не выходят из дома сутками и неделями. Почему и нет ни птиц, ни собак — оно все замерзает. Людей почти нет, потому что из-за холода перемещаешься из одного подземного паркинга в другой. Между городами не поездишь, потому что трассы заметает. Либо самолет, либо сиди дома. 

В 2017 году я приехала в Киев и поняла, как соскучилась по деревьям и кустам. Кому об этом сказать, подумают, что я не в своем уме (смеется). Но в Киеве мы поняли, что за прошедшие 2,5 года все стало еще хуже. Особенно, когда побывал в стране с совсем другим отношением к природе, детям, студентам, взяткам. Контраст был очень сильным. 

По ощущениям, в Украине вырос уровень нездоровой злости и нетерпимости друг к другу. Состояние выживания и неопределенности копит агрессию. Потом она взрывается. Больше всего впечатления на меня произвел Киев. Помню, как я впервые приехала из Днепра и увидела, какой Киев красивый, как мне захотелось в нем жить. А сейчас он стал какой-то обшарпанный, неухоженный. Пыль, стройки, перегораживания. 

По ощущениям, в Украине вырос уровень нездоровой злости и нетерпимости друг к другу.

Мы посмотрели и решили, что надо лететь в Долину. Я получила рабочую визу, гражданство пока не хочу менять.

Из Сан-Франциско в Лос-Анджелес

Я прожила 2 года в Сан-Франциско, но жить с ребенком в городе стало страшно и небезопасно. 

Цены в SF сумасшедшие, налоги, но ощущения безопасности нет. Очень много бездомных. Я наблюдала город с 2011 года, когда мы делали баттл в офисе Twitter. Чтобы пройти через главный вход, нужно было перешагивать через лежащих людей. В какой-то момент бездомных попытались вытеснить, отдав большие здания корпорациям, но не получилось. Теперь заходишь в лобби своего дома — а они там сидят в одеяле. Представьте, что идете по Крещатику и проходите коридор из 40-50 бездомных. Много сумасшедших. Поэтому очень тяжело.

Многие стартапы перебираются отсюда в Лос-Анджелес. Ведь комфортно и недалеко от Долины. Для стартапов же важны затраты. В Сан-Франциско квартира стоит $7000, а в LA ее можно взять за $3000. 

Нью-Йорк, Нью-Йорк - совсем не Долина

За три недели мы переехали из Сан-Франциско в Нью-Йорк. Живем на Манхэттене недалеко от Централ-Парка. 

Я не ожидала такой гигантской разницы между Долиной и Нью-Йорком. Совершенно разные культуры и люди. Конечно, в NY деньги дороже: в Долине ты можешь привлечь $500 000 за 8-10% доли своей компании, в Нью-Йорке - за 15-20%. При этом допускают ошибку, которую делали инвесторы давным-давно. Берут бОльшую долю, но не понимают, что к раунду А компания должна прийти хотя бы с 50%. Ведь в чем смысл игры? Когда у фаундера нет доли, он в любой момент встал и ушел. Просто за зарплату смысла нет — ему проще уйти в корпорацию без ответственности и с обеспеченной страховкой и развлечениями. 

В NY меньше и фондов, и стартапов. Сами стартапы не столько технологичные, сколько прикладные. Питчат как боги, правда, почему-то не пользуются презентациями. Думаю, через пару лет здесь будет очень интересное движение. 

Когда у фаундера нет доли, он в любой момент встал и ушел. Просто за зарплату смысла нет — ему проще уйти в корпорацию без ответственности и с обеспеченной страховкой и развлечениями. 

Культура стартапов здесь другая и только развивается.

Мы через несколько недель после переезда сделали первое мероприятие на 100 человек в офисе Майкрософт на Таймс-Сквер. В пятницу, 13 декабря. Пошел сумасшедший ливень. Если бы не мероприятие, я бы в жизни не вышла из дома. Начало было в 18:00, в 17:55 в зале сидел один человек. Минут через 15 в дождь, в пятницу, набежала куча народа. Пришли все 100 человек, 10 стартапов. Пришли все инвесторы, что меня вообще поразило. Мероприятие было до 21:00, никаких кейтерингов и закусок. Но никто не разошелся, ивент получился классным, все были вовлечены. Майкрософт после этого сказал, что мы можем брать любой зал любого размера. Потом то же сказал Google. 

В ноябре мы планируем делать большую и крутую технологическую конференцию. Хочу делать в совершенно новом формате, чтобы люди не сидели в телефонах, а общались. Это называется Linkup Conference Show (link up — чисто нью-йоркский термин). Технологией и деталями пока не поделюсь. Будем делать специальные упражнения, чтобы люди знакомились. Такой себе бизнес спид-дейтинг. 


Последние новости